- Ну, слушай…
Крылатая подождала, пока уйдёт слуга, оставивший на столе очередную пару тяжёлых кружек.
- В моём происхождении нет никаких неожиданностей. Я чистокровная камаэль.
Мама родила меня, когда была совсем юной. Девчонкой по меркам камаэлей.
Молодую и глупую, её соблазнил младший сын нашего правителя.
Не знаю, что уж он обещал, только вот когда мама забеременела, ей предложили деньги. Деньги в обмен на жизнь неродившегося ребёнка и спокойствие младшего принца. Деньги мама взяла, от «отца» отстала, но меня оставила. За что ей большое спасибо…
История получилась громкая, городские сплетницы смаковали подробности. Все были уверены, что мама на полученные деньги купит поместье в глуши и уедет туда - спрятаться от позора. Как же они ошибались, – в голосе крылатой зазвучала весёлая злость и гордость.
Моя хрупкая и неопытная мама открыла своё дело – пекарню. И неожиданно оказалась жёстким и волевым дельцом. Всего за месяц весь город начал покупать её выпечку. Пирожки с мясом, рыбой, фруктами. Сдобные булочки с корицей, орехами, карамелью. Свежайшие пончики с нежным кремом – всё сметали мигом.
Ещё до моего рождения мама наняла помощниц и открыла вторую пекарню.
Потом родилась я. Детство прошло на маминой выпечке – вот почему я не ем хлеб и пирожки. После маминых шедевров любая выпечка в тавернах кажется гадкой.
- Не похожа ты на любительницу пирожков, – удивилась тёмная, - такая худенькая…
- Похожа или нет, а по пирожкам маминым страдаю, – горько улыбнулась Гарадриэль.
Я росла. Все знали, чья я дочь, и все делали вид, что ничья. Ребёнок есть, а отца нет.
Мама богатела. Городские кумушки скрипели зубами от зависти. Для семьи правителя мы были как заноза в неприличном месте – жутко неудобно, а никак не избавишься, люди ж смотрят… Среди зажиточных горожан мама считалась завидной невестой. Даже несмотря на довесок в виде меня, бастарда.
Когда мне было восемь лет, мама вышла замуж за начальника городской стражи. Даже будучи ребёнком, я видела, что мамин муж её любит. И ради неё старается полюбить меня. Я тоже старалась его принять. Хотя мне и не хотелось ни с кем делить маму. Спустя год родился мой брат. Спустя ещё два – сестра. Я чувствовала себя чужой. Мама меня любила, отчим относился хорошо, не делая разницы между мной и своими родными детьми – всем поровну доставалось и тумаков, и похвал. Братик и сестра были чудесными крохами, я очень любила с ними играть, возиться с малышами… И всё равно я чувствовала себя не на своём месте. Как и ты, после совершеннолетия я ушла из дома.
Крылатая перевела дыхание, отхлебнула из кружки. И продолжила.
Сначала я подалась на Говорящий Остров. Но люди не слишком любят камаэлей, я не выдержала постоянных косых взглядов. И отправилась искать счастья в больших городах. Гиран, Руна, Шутгарт. Везде я прибивалась к каким-то компаниям путешественников. Старалась учиться у всех чему-то полезному. Пару раз чудом спасалась из «приключений», в которые ввязывалась по глупости.
В конце концов я дошла до Адена. Там случайно встретила одного камаэля. Он был великим мастером в гильдии камаэлей Адена. Фактически же изгнанником. Мастер мало рассказывал о причине этой почётной ссылки. Думаю, его влияние в обществе стало слишком велико, вот правитель и отослал его подальше. Мастер Бром стал моим наставником. Он был мудрым, сильным, храбрым. И многое для меня сделал. Я мастера боготворила. Бром помог мне открыть саму себя. Понять, что я могу быть сильной, могу постоять за себя. Но он же учил меня не задаваться, учил, что на каждую силу найдётся превосходящая. Учил, что нужно постоянно двигаться дальше, не стоять на месте.
Гарадриэль опять прервалась, её глаза блеснули влагой.
- Что с тобой, Эль? – сочувственно спросила Шеалла.
- Просто он погиб из-за меня. Из-за моей глупости.
Мне нужны были деньги – жить за счёт Мастера было в тягость. И вот однажды мне предложили украсть из богатого дома одну безделушку. Уверяли, что хозяева даже не сразу заметят отсутствие вещи на месте. Но всё оказалось сложнее. Я легко забралась в дом и взяла нужную вещь. Выбралась, передала заказчикам, получила деньги. Только оказалось, что в доме жил весьма мстительный маг, а безделушка на самом деле была артефактом. Ещё в доме было следящее заклятие, в которое я успешно вляпалась. Правда, об этом я ничего не знала ещё два дня.
Вечером мы с Бромом шли домой, срезая путь по тёмным переулкам. Он знал о моём заработке и, видимо, опасался мести хозяина вещицы. Вдруг в переулке просвистел ветер, и Мастер упал – маг не увидел в темноте вторую фигуру, вот и запустил заклинанием. Чутьё ему подсказывало, что моя аура рядом, а глаза видели впереди спину камаэля под плащом. Мне, можно сказать, повезло – маг не сразу понял свою ошибку, я успела до него добежать и убить раньше, чем он закончил плести новое заклинание.
Мастер умер сразу. От таких заклинаний умирают даже на руках у великих целителей. Я сидела над его телом и плакала.
Чужак, подобравший оголодавшую девчонку на улице Адена, сделал больше, чем родной отец…
Пару месяцев после его смерти я ходила тенью. Ничего не хотела.
А потом встретила тебя.
Обе девушки улыбнулись, вспоминая момент знакомства.

…Взъерошенная тёмная эльфийка, пробегая по узкой подворотне, налетела на хрупкую камаэль. Сверкнув жёлтыми глазами пробормотала что-то типа «да, попала ты… не в то место в неудачное время». Глядя в хлопающие глаза ничего не понимающей камаэли, прокричала: «Бежим!». Ухватила за руку и поволокла вслед за собой. На все вопросы только огрызнулась: «Разговаривать и думать будем потом, сейчас ноги бы унести».
Потом был бой в тупике, куда так неудачно свернули девушки. Катаны и рапира тогда много крови выпили…

- Да уж, мне было прям стыдно, что ты под раздачу попала, - улыбнулась тёмная. – Бегу я, бегу, за спиной пыхтит пара орков. И налетаю вдруг на задумчивую особу. Ну, думаю, затопчут же… Вот и поволокла тебя за собой. Думала, пихну по дороге в какую-нибудь открытую дверь. Только открытых дверей по дороге не попалось, уж извини.
- Ага, иду я, непонятно куда, непонятно зачем. Вдруг меня с ног чуть не сбивает такое вот встрёпанное чудо. Уже шок – тёмные эльфы так не бегают, они ходят степенно и важно. Потом хватает в охапку и тянет куда-то за собой. Тоже странно – вы, тёмные, не любите чужаков, вам на них плевать обычно – ну затопчут и затопчут, какая разница…

Девушки ещё долго сидели, вспоминая подробности.
Но в конце концов Гарадриэль услышала звон колокола на часовой башне.
- Ох, это же час ночи уже. Шелл, пойдём-ка домой. Завтра ведь нужно будет смотаться к твоей маме за картой и разведать, что там, в катакомбах…
- Эль, боюсь тебя огорчить, но завтра мы вряд ли будем способны на что-то, кроме разведки содержимого нашего холодильного сундука…
- Тем более, пора рассчитаться и топать на боковую.
- Уговорила, - улыбнулась во все клыки тёмная. – Спать всё-таки хочется.

Рассчитавшись, девушки вышли из таверны. И вскоре две девичьи фигурки растворились в пелене дождя, накрывшей Аден.

Смотри вперёд и не сдавайся ты на милость судьбе,
Предай их всех, останься верен себе!

Через неделю Шеалла и Гарадриэль сидели в той же таверне. Но от весёлого настроения не было и следа.
Эльфийка щеголяла синяком под глазом, камаэль – повязкой на предплечье.
- Сходили, Баюм побери, разведать…
- Ага… Антараса составителю карты в печёнку… Не могли приписку сделать «осторожно: злые демоны»
- Шелл, думаешь, нас это остановило бы?
- Нет, конечно, - фыркнула эльфийка. – Но можно ж мне поругаться…
- Надо ещё кого-то в компанию, вдвоём не справимся…
- Да, а пройти-то по катакомбам хочется, я прямо чувствовала запах золота, - сверкнули алчностью янтарные глаза Шеаллы.
- Ну и где будем искать напарников?
- А вон посмотри налево: сидят человек и орка. Тоже не в лучшем виде. Спорим, они ищут компаньонов? Чем плохо – сначала они нам помогут, потом мы им…
- Пойдём тогда знакомиться…

За соседним столиком действительно сидели человек и орка. Странная компания. Впрочем, если подумать, не более странная, чем тёмная эльфийка и камаэль.
Человек выглядел молодо. Большие сапфировые серьёзные глаза смотрелись странно на юном лице. Понятно было, что это маг. И почему-то ему захотелось выглядеть именно так – юным. Хотя мог бы принять облик старца с седой бородой до пола. Впрочем, борода до пола не особо-то удобна для непоседливого мага. На парне были лёгкие брюки и куртка с вышитыми магическими символами. На шее болталось несколько цепочек с амулетами. Один из них особенно выделялся. Подвеска в форме кошки была сделана из серебра с поразительным мастерством. Даже с большого расстояния можно было увидеть мелкие детали: топорщащиеся усы, блестящие в темноте глаза, сделанные из какого-то драгоценного камня. Казалось, кошка сейчас поднимет лапу с выпущенными клыками и зашипит на посторонних.
Орка сразу бросалась в глаза. Она была не уместна тут, в таверне. Её дикая красота требовала окружения бескрайних степей или неприступных гор. Широко распахнутые большие глаза, карие, тёплые, с длинными пушистыми ресницами. Плещущие отчаянием через край. Полные, мягко очерченные губы с грустно опущенными уголками. Твёрдый волевой подбородок, сейчас уныло опущенный. Чем-то орка была опечалена.
И орка, и человек были изукрашены свежими синяками и ссадинами.
Человек открыл было рот что-то сказать орке, когда над его ухом прозвучало тихое покашливание.

- Просим прощения за беспокойство. Но нам показалось, что вам не помешают компаньоны. Так совпало, что нам – тоже. Обсудим? – с такими словами тёмная эльфийка села рядом с человеком. – Эль, не стесняйся, присаживайся. Сейчас мне выскажут, какая я нахалка, а дальше начнётся конструктивная беседа.
Орка шумно вдохнула, подняла глаза на тёмную, действительно собираясь ей высказать несколько нелестных отзывов об обнаглевших эльфах. Но наткнулась взглядом на смущённо улыбающуюся Гарадриэль. Так же шумно выдохнула и с восхищением уставилась на крылатую.
- Прошу прощения за наше вторжение и за мою неугомонную подругу, - смущённо проговорила камаэль, не заметившая пристального внимания к себе со стороны орки. Села напротив эльфийки и попыталась пнуть её под столом. – Но по сути она высказалась верно: нам помощь нужна точно, да и вам, похоже…

Человек с любопытством посмотрел на неугомонную парочку. Улыбнулся.
- Ну что ж, милые девушки. Поняли вы всё верно. Давайте для начала познакомимся. А потом уже обсудим будущее сотрудничество.
Орка молчала, только пристально рассматривала подруг – больше внимания уделяя крылатой.
- Гарадриэль. Воин-контактник, - представилась камаэль.
- Шеалла. Танцующая-с-клинками, - при этих словах у человека округлились глаза.
- Простите, а сколькими танцами вы владеете?
- Около десяти. И пытаюсь придумать новые.
- Моё восхищение, леди… Что ж, теперь наша очередь представиться. Я – Сапфирон. Призыватель.
- Кошки, я угадала?
- Верно, леди.
- Прошу, не называйте меня «леди». Разве сейчас я на леди похожа? – указала тёмная на синяк под глазом и оцарапанную скулу.
- Как вам будет угодно, ле… - хитро улыбнулся Сапфирон.
Все оглянулись на орку.
Окинув тяжёлым взглядом Гарадриэль, Шеаллу, а заодно и Сапфирона, представилась:
- Шиммер. Верховный шаман.
Тут глаза округлились у камаэли и эльфийки.
- Нно.. Как это возможно? Шаман вдали от племени? – нарушила гнетущую тишину тёмная. – Шаманы орков необычайно сильны, но никто ещё не видел шамана без племени!
Человек переглянулся с оркой…
- Расскажи им, друг. Всё равно придётся – когда скажем, за чем охотимся и для чего нам нужна помощь…

Орка тяжело вздохнула, нахмурилась… Но начала рассказ.

В моём племени сан шамана не наследуется, а передаётся самому способному ученику старого шамана, когда тому приходит срок умереть.
Я и был самым способным учеником. Должен был стать верховным шаманом, - полыхнули злостью и обидой глаза орки.
Но среди учеников был сын старого шамана. Он был вторым по силе.
Вот шаман и проклял меня, заточив в женское тело. Племя решило, что это боги наказали меня за самоуверенность. В итоге я в изгнании, а сын старого шамана – верховный шаман племени.
Сейчас мы пытаемся найти лик истины – артефакт, который помог бы мне вернуть истинное тело.

Орк замолчал. Невольно Шиммер вспомнил миг, когда очнулся в женском теле.
Ночью шаман показывал новый, сложный ритуал. Я вызвался быть проводником… Видимо, это было слишком сложно для меня. Кажется, я потерял сознание. Да и сейчас странно себя чувствую. Или так и должно быть? Кажется, слух стал тоньше – слышно журчание ручья, которое я раньше не замечал. Да и цвета как-то по-другому видятся… Оказывается, шкура шатра не однотонно-коричневая, а с разводами разных оттенков…
Ладно, негоже мужчине так долго предаваться слабости, надо вставать и идти к учителю.
…Чуть не упал, странно. Не настолько слабым я себя чувствую… Только странно изменился баланс тела…
Взгляд падает на пластину отполированного металла…
Из горла сам собою вырывается крик: нет, не может быть, это не я!
А отражение издевательски показывает ужас на моём лице. Женском лице.

Тем временем в шатёр вбегают шаман и вождь племени.
- Горе, горе нам! Горе всему племени! – голосит старый шаман. – Мой преемник прогневал богов! Боги заточили его в женское тело!
- Гнев богов пал на всё племя? – спрашивает вождь.
- Не знаю, ещё не знаю… Надо вопрошать богов…
- Убить Проклятого! Так мы заслужим прощение! – вождь всегда был склонен к простым и быстрым решениям проблем…
Я стою, не в силах поверить в происходящее. Кажется, что я всё ещё не очнулся…
- Нет, великий, думаю, боги решили испытать моего ученика. И казнь разгневает их ещё больше – лучше изгнать его из племени. Быть может, когда-нибудь он сможет вернуть своё тело, - попытался скрыть улыбку старый мерзавец. Тогда-то я и начал понимать, что боги тут не при чём…
Мне дали час на сборы. Взял я только свои щит и посох, которые зачаровывал сам.
А через месяц скитаний я встретил в человеческом городе старого шамана из другого племени. Он объяснил мне, что это был за ритуал…

Лёгкое касание мягкого крыла вернуло его к действительности.
Гарадриэль заглянула в глаза орку.
- Мы поможем, - оглянулась на подругу.
- Да, - просто согласилась эльфийка.
- Спасибо, - не отрывая глаз от крылатой, прошептал орк. – Мы знаем, где находится артефакт. Только вдвоём туда не пройти!
- Эль, тебе эти слова ничего не напоминают? – усмехнулась тёмная. – Где же ваш артефакт?
- В катакомбах под деревней тёмных эльфов, - ответил человек.
Подруги переглянулись.
- Это судьба, - улыбнулась камаэль.
Тёмная кивнула и достала карту.
- Нам туда же надо… Эль, я же говорила, там лакомое место!
- Удачное совпадение, - согласился Сапфирон.
- Да и компания крайне удачная подобралась, редкая, можно сказать, уникальная, - задумчиво проговорила эльфийка. – Эль, маленькая, но опасная как оса, шаман, который может проклясть демонов до полной небоеспособности, призыватель кошек – редкий дар…
- Дар, который иногда кажется проклятьем, - перебил Шеаллу человек.
И тоже погрузился в воспоминания.

Подросток-сирота случайно на опушке леса находит красивый кристалл. Его грани блестят и отливают перламутром. Но единственное сокровище привлекло ватагу других деревенских ребятишек.
Их предводитель грозно наступает на распахнувшего от ужаса сапфировые глаза сироту. Сапфирон судорожно сжимает красивый камень – почему-то кажется, что ни в коем случае с кристаллом расставаться нельзя. Несмотря на возможные побои от шпаны и ругань тётушки, когда он придёт грязным и оборванным после драки.
- Боги, вот был бы у меня отец! Он бы меня защитил… А так я никому не нужен, - с отчаянием подумал мальчишка.
Вдруг его затопила такая тоска… Сапфирон зажмурился и ПОЗВАЛ. Сам не понимая, кого и зачем. Сжавшись в ожидании удара, он не услышал грозное кошачье шипение.
Очнулся только от криков «Демон! Он призвал демона! Он чернокнижник! Отродье!»
Открыв глаза, мальчик увидел большую кошку и спины улепётывающих детей.
Кошка что-то мурлыкнула мальчишке. Сапфирон несмело протянул руку и погладил её.
- Кто же ты такая? Или что такое? – себе под нос прошептал мальчик. – Демон? Не похожа ведь…
А кошка довольно мурчала от ласки.
Но вдруг она встрепенулась. Да и мальчишка услышал топот множества ног – к нему бежала толпа односельчан.
Разглядев приближающихся людей, Сапфирон побежал – испугался ненависти, исказившей лица.
Кошка побежала с ним рядом. Когда они оторвались от преследователей, мальчик опять заговорил с кошкой. Почему-то это казалось правильным. Да и успокаивало.
- Ну вот… Меня посчитали чернокнижником, а тебя демоном, которого я призвал.
Кошка смотрела умными глазами – казалось, понимала и жалела Сапфирона.
- Что же теперь делать? Я слышал от проезжавших нашу деревню купцов, что в городе есть храм Эйнхазад, где мудрые жрецы знают всё о магии и магических существах. А ты ведь явно магическое существо. Как же мне тебя называть? – задумался мальчик.
- Кэт, - мягко толкнулось в сознание.
- Ну, Кэт, так Кэт, - согласился уже ничему не удивляющийся мальчик…

- Проклятием? – удивилась Шеалла, вырвав мага из воспоминаний.
- Да, леди… Когда тебя начинают травить односельчане... И когда долгие годы кошки остаются твоими единственными друзьями - это кажется проклятием, - с горечью проговорил маг. Но тут же улыбнулся, поглаживая амулет-кошку, - Правда, потом понимаешь, что лучше уж они, чем некоторые люди. И точно лучше, чем никаких друзей. – тёмная при этих словах понимающе усмехнулась. - Впрочем, не совсем подходящее время для воспоминаний. Лучше обсудим предстоящий поход.
Четыре головы дружно склонились над картой, расстеленной на столе…

Смотри вперёд и не сдавайся ты на милость судьбе,
Предай их всех, останься верен себе!